Клеопатра (Пушкин)

Чертог сиял. Гремели хоромПевцы при звуке флейт и лир.Царица голосом и взоромСвой пышный оживляла пир;Сердца неслись к её престолу,Но вдруг над чашей золотойОна задумалась и долуПоникла дивною главой…

И пышный пир как будто дремлет,Безмолвны гости. Хор молчит.Но вновь она чело подъемлетИ с видом ясным говорит:В моей любви для вас блаженство?Блаженство можно вам купить…Внемлите ж мне: могу равенствоМеж нами я восстановить.Кто к торгу страстному приступит?Свою любовь я продаю;Скажите: кто меж вами купитЦеною жизни ночь мою? —

— Клянусь… — о матерь наслаждений,Тебе неслыханно служу,На ложе страстных искушенийПростой наёмницей всхожу.Внемли же, мощная Киприда,И вы, подземные цари,О боги грозного Аида,Клянусь — до утренней зариМоих властителей желаньяЯ сладострастно утомлюИ всеми тайнами лобзаньяИ дивной негой утолю.Но только утренней порфиройАврора вечная блеснёт,Клянусь — под смертною секиройГлава счастливцев отпадёт.

Рекла — и ужас всех объемлет,И страстью дрогнули сердца…Она смущённый ропот внемлетС холодной дерзостью лица,И взор презрительный обводитКругом поклонников своих…Вдруг из толпы один выходит,Вослед за ним и два других.Смела их поступь; ясны очи;Навстречу им она встаёт;Свершилось: куплены три ночи,И ложе смерти их зовёт.

Благословенные жрецами,Теперь из урны роковойПред неподвижными гостямиВыходят жребии чредой.И первый — Флавий, воин смелый,В дружинах римских поседелый;Снести не мог он от женыВысокомерного презренья;Он принял вызов наслажденья,Как принимал во дни войныОн вызов ярого сраженья.За ним Критон, младой мудрец,Рождённый в рощах Эпикура,Критон, поклонник и певецХарит, Киприды и Амура…Любезный сердцу и очам,Как вешний цвет едва развитый.Последний имени векамНе передал. Его ланитыПух первый нежно отенял;Восторг в очах его сиял;Страстей неопытная силаКипела в сердце молодом…И с умилением на нёмЦарица взор остановила.

И вот уже сокрылся день,Восходит месяц златорогий.Александрийские чертогиПокрыла сладостная тень.Фонтаны бьют, горят лампады,Курится лёгкий фимиам.И сладострастные прохладыЗемным готовятся богам.В роскошном сумрачном покоеСредь обольстительных чудесПод сенью пурпурных завесБлистает ложе золотое.