Мордвинову (Пушкин)

Под хладом старости угрюмо угасалЕдиный из седых орлов Екатерины.В крылах отяжелев, он небо забывалИ Пинда острые вершины.

В то время ты вставал: твой луч его согрел,Он поднял к небесам и крылья и зеницыИ с шумной радостью взыграл и полетелВо сретенье твоей денницы.

М<ордвинов>, не вотще Петров тебя любил,Тобой гордится он и на брегах Коцита.Ты лиру оправдал, ты ввек не изменилНадеждам вещего пиита.

Как славно ты сдержал пророчество его!Сияя доблестью и славой, и наукой,В советах недвижим у места своего,Стоишь ты, новый Долгорукой.

Так, в пенистый поток с вершины гор скатясь,Стоит седой утес, вотще брега трепещут,Вотще грохочет гром и волны, вкруг мутясь,И увиваются, и плещут.

Один, на рамена поднявши мощный труд,Ты зорко бодрствуешь над царскою казноюВдовицы бедный лепт и дань сиб<ирских> рудРавно священны пред тобою.