Суд графа — 1900

Суд графа(М. Н. Писареву)Луна струила свет дрожащий и холодный,И замок де-Кеннер на выступе скалыЧернея высился среди пучины водной.

Вокруг него, шумя, вздымалися валы,5 Туман окутывал береговые дали,И ветер завывал среди туманной мглы.

И души тех, кто смерть в грехе или печалиНашёл когда-нибудь в бушующих волнах —На их поверхности, казалось, трепетали…

10 Осенний вихрь шумел в прибрежных камышахИ цепью потрясал, державшей мост подъёмный,И вторил хищный зверь, блуждающий в лесах

Ему рычанием во мраке ночи тёмной.При свете факела, в одной из старых зал15 Жилища графского, пустынной и огромной.

Маститый граф Комор в волнении шагал,С нахмуренным челом скрестив надменно руки.Казалось, ропот волн к нему не достигал.

Он был высок и бодр, но выраженье муки20 Застыло на лице суровом старика.Стараясь уловить шагов далёких звуки,

Прислушивался он, и сильная рукаСжималася порой с движением угрозы;И рдела краскою мгновенною щека,

25 Где сохли жгучие, непрошенные слёзы…В углу виднелся лик задумчивый Христа,Ушедшего душой в божественные грёзы.

Пред ним — массивная, гранитная плита,И рядом — острый меч с железной рукоятью.30 — Ну, что ж нейдёт монах? — и бледные уста

Комора дрогнули, и подойдя к Распятью,Колена преклонил с молитвою старик.Но мир не осенил своею благодатью

Души его. Вдали послышались чрез миг35 Какие-то шаги, и тихо на порогеСоседней комнаты явился духовник.

— Граф, я исполнил всё, но вы не будьте строги,В крови её своих не обагряйте рук.О милосердии подумайте, о Боге!..

40 — Довольно, брат-монах! Мне более услугТвоих не надобно. Покрывшая позоромНаш славный дом — умрёт… Но ни один из слуг

Не прикоснётся к ней. — И граф с блеснувшим взоромУдарил в колокол, стоявший перед ним.45 И заунывный гул пошёл по коридорам,

Отдавшись далеко под сводом вековымПридела тёмного, где спали одиноко,В безмолвии гробниц, последним сном своим —

Герои, рыцари без страха и упрёка.50 Потом затихло всё. Лишь волн морских прибойПорою слышался как будто издалёка.

Завеса дрогнула — и в сумрачный покойВступила женщина, как светлое виденье,Сияя нежною и грустною красой.

55 Она увидела без страха и волненья:Распятие, плиту, сверкающий клинок…И с твёрдостью ждала последнего решенья.

Комор затрепетал от головы до ног;Ему припомнилась жены его измена,60 И тихо с губ его слетело, как упрёк:

— Ты заслужила смерть и ты умрёшь, Тифэна! —— Готова я, мессир!.. Молила я ТворцаИ Матерь Божию. Спокойно и смиренно,

Но безбоязненно я жду себе конца. —65 — Супруга, падшая под бременем позора,Дочь недостойная великого отца,

Ты, запятнавшая старинный род Комора —Молись, дабы тебя помиловал Христос!Готов промедлить я свершеньем приговора.—

70 И, голову склонив под массой светлых кос,Окутавших её сияющим покровом,Повиновалася графиня. Об утёс

По-прежнему волна дробилась, и в багровомМерцанье факела тяжёлый меч сверкал,75 И граф спокойно ждал в молчании суровом.

Тифэну странный сон собой околдовал:Опять в кудрях её благоухали розы,У ног её шумел и разбивался вал,

И ветер навевал чарующие грёзы.80 Любовь явилась ей, как лучезарный день,Но скоро он померк и разразились грозы.

Насильственный союз, палат суровых сень,Её отчаянье и муки… ВозвращеньеТого, кто был любим, цветущая сирень,

85 Весна любви, борьба и тайное влеченье…Очарованье ласк, волшебные словаИ неизбежное, но сладкое забвенье…

Отмщенье свершено. Убитым пал сперваЕё возлюбленный, и меч висит над нею,90 Но он не страшен ей: она уже мертва.

— Раскаялась ли ты, и смертию своеюГотова ль искупить вину передо мной?Губить души твоей я права не имею. —

— Убей меня! Его и здесь и в жизни той95 Люблю я, и любить я буду неизменно.Да сжалится Господь над грешною душой! —

Умри же, гнусною запятнана изменой! —Воскликнул граф Комор, и меч его блеснулИ опустился он над бледною Тифэной…

100 А море пенилось, и буйный ветер дул.Комор, поднявший труп недвижный и безгласный,На башню с ним взошёл, и там его швырнул

Он прямо с высоты в водоворот ужасный.Раздался лёгкий плеск, и всё исчезло вмиг…105 Комор следил за ним, суровый и бесстрастный

Он видел взор её, её прекрасный ликИ слышал голоса умолкнувшего звуки…Потом, перекрестясь, издал он дикий крик,

Исполненный тоски и безысходной муки,110 Достигший самых недр береговых пещер,И в волны кинулся, подняв высоко руки.

Так умерли Комор с Тифэной-де-Кеннер.