Богомольцы в Кевларе (Гейне; Михайлов)

Старушка у окошка;В постели сын больной.«Идёт народ с крестами:Не встанешь ли, родной?»

«Ах, болен я, родная!В глазах туман и мгла.Всё сердце изболело,Как Гретхен умерла».

«Пойдём в Кевлар! НедаромТуда народ бежит:Твоё больное сердцеМать божья исцелит».

Хоругви тихо веют,Церковный хор поёт,И вьётся вдоль по РейнуИз Кёльна крестный ход.

В толпе бредёт старушка,И с нею сын больной.«Хвала тебе, Мария!» —Поют они с толпой.

Мать божия в КевлареВся в лентах и цветах,И и́дут к ней больныеС молитвой на устах…

И, вместо дара, членыИз воску ей несут —Тот руку, этот ногу,И исцеленья ждут.

Принёс из воска руку —И заживет рука;Принёс из воска ногу —И заживет нога.

На клюшках ковылявшийПлясать и прыгать стал;Руками не владевшийНа скрипке заиграл.

И мать слепила сердцеИз свечки восковой…«Снеси к пречистой! сниметНедуг твой как рукой».

Взял сын, вздыхая, сердце;Пред ликом девы пал…Из глаз струились слёзы;Он плакал и шептал:

«Пречистая! святая!Слезам моим вонми!Небесная царица!Печаль мою прими!

Я жил на Рейне, в Кёльне,С родимою моей,В том Кёльне, где так многоЧасовен и церквей.

Там Гретхен… Ах, не встать ейИз-под сырой земли!..О дева пресвятая!Мне сердце исцели!

Сними недуг ты с сердца,И чистою душойВек воспевать я будуХвалу тебе, святой!»

В каморке тесной спалиИ мать и сын больной.Вошла к ним матерь божьяНеслышною стопой.

К больному наклонилась,С улыбкой провелаЕму рукой по сердцу —И, светлая, ушла.

А мать во сне всё видит…Проснулась на заре.Встаёт и слышит — лаютСобаки на дворе.

Сын нем и неподвижен —Следа в нём жизни нет;На бледные ланитыЛожится утра свет.

И мать скрестила руки,Покорна и ясна.«Хвала тебе, Мария!» —Молилася она.