Мария-Антуанетта (Гейне; Тынянов)

Как весело в замке ТюильриЗеркальные окна блистают,И все же там средь белого дняСтарые тени гуляют.

Является в Pavillion'е de FloreМария-Антуанетта;Она справляет там утром leverПо всем статьям этикета.

Придворные дамы. Одни стоятДругие сидят по праву.Платья из шелка и парчи,Кружева слева и справа.

Стан их тонок, фижмы пышны,Подслушивают лукавоТоченые ножки стройных дам.Ах, если б им головы, право!

Ни у одной нет головы,Без головы вся свита,Ее величество в том числе,И в силу того не завита.

Она, у которой был с башню шиньонНа всех королевских визитах,Самой Марии-Терезии дочьИ внучка царей знаменитых, —

Она без прически, без головы,Должна бродить среди свитыДам безголовых, — и все на подбор,Как и она, не завиты.

Это все революции плод,Это ее доктрина;Во всем виноваты Жан-Жак Руссо,Вольтер и гильотина.

Но странное дело — сдается мне,Что бедные дамы самиНе знают, как они мертвыИ что с их головами.

Все те же ужимки, что и встарь,И лесть, и вздор, и вести.Безглавые поклоны ихСтрашны и забавны вместе.

Присела первая дама d'autour,Несет сорочку к постели,Вторая приготовляет ее,И обе вместе присели.

И третья там и четвертая тутНа месте приседают,И, на коленях, чулки ееВеличеству надевают.

Присела пятая, — подаетКофту белее мела,Шестая нижнюю юбку несет —И точно так же присела.

Обер-гофмейстерина стоит,Веером машет рядом,И, за отсутствием головы,Она улыбается задом.

Сквозь занавески солнце поройБросает украдкой пятна,Но, как заметит старую тень,Пятится в страхе обратно.