Да, я наверно жил не годы, а столетья (Бальмонт)

Да, я наверно жил не годы, а столетья,Затем что в смене лет встречая — и врагов,На них, как на друзей, не в силах не глядеть я,На вражеских руках я не хочу оков.

Нет, нет, мне кажется порою, что с друзьямиМне легче жёстким быть, безжалостным подчас: —Я знаю, что для нас за тягостными днямиНастанет добрый день, с улыбкой нежных глаз.

За миг небрежности мой друг врагом не станет,Сам зная слабости, меня простит легко.А тёмного врага вражда, как тьма, обманет,И упадёт он вниз, в овраги, глубоко.

Он не узнает сам, как слаб он в гневе сильном,О, величаются упавшие, всегда: —Бродячие огни над сумраком могильнымСчитает звёздами проклятия Вражда.

Я знаю, Ненависть имеет взор блестящий,И искры сыплются в свидании клинков.Но мысль в сто крат светлей в минутности летящей,Я помню много битв, и множество веков.

Великий Архимед, с своими чертежами,Прекрасней, чем солдат, зарезавший его.Но жальче — тот солдат, с безумными глазами,И с беспощадной тьмой влеченья своего.

Мне жаль, что атом я, что я не мир — два мира! —Безумцам отдал бы я все свои тела, —Чтоб, утомясь игрой убийственного пира,Слепая их душа свой тайный свет зажгла.

И, изумлённые минутой заблужденья,Они бы вдруг в себе открыли новый лик, —И, души с душами, сплелись бы мы как звенья,И стали б звёздами, блистая каждый миг!