Алексей Перовский (Вяземский)

Мой товарищ, спутник милый,На младом рассвете дня,С кем испытывал я силыЖизни новой для меня.

Как-то, встречею случайной,Мы столкнулись в добрый час,И сочувствий связью тайнойПороднились души в нас.

Мы с тобою обновилиСвежих радостей венок,Вместе вплавь мы переплылиБыстрой младости поток.

Время младости и счастья,Лучезарная пора,День без теней, без ненастья,День без завтра и вчера!

Миг один, но всеобъятный,Миг чудесный, сердца май!Ты улыбкой благодатнойПретворяешь землю в рай.

Не зерцало ль мир наш внешнийМира внутреннего в нас?Мир цветёт, пока день вешнийВ сердце нашем не погас.

Но затмится ль? мир остынет,Всё впадёт в глубокий сон,И рассудок тень накинетНа холодный небосклон.

Без оглядки и волненьяТратим зрелые года,Время строгого мышленьяИ заботы и труда.

Но дни юности крылатойОставляют грустный след:Мы скорбим над их утратойИ средь счастья и средь бед.

И под холодом суровымУвядающих годов,Чуждых обольщеньям новым,Чуждых блеску милых слов,

Призрак их ещё волнует:Возвращаясь к дням былым,Сердце ноет и тоскуетПо тревогам молодым.

Берега студёной Камы,Оживая предо мной,Выступают как из рамыС их бесцветной наготой.

Свод небес свинцово-тёмный,Область вьюг и непогод,Город тихий, город скромный,В царство злата бедный вход!

Равнодушьем хладным света(Лавр — обманчивая цель!)Позабытого поэтаМерзлякова колыбель,

Пермь с радушием и ласкойВстретит нас, младых гостей,Чудной песнью, чудной сказкой,В блеске радужных лучей.

Там зарницей скоротечнойРазвивались наши дни,И на памяти сердечнойОтпечатались они.

С той порою златокрылой,С той железной сторонойНеразрывно, друг мой милый,Сочетался образ твой.

Тайных чувств моих наперсник,Часто колкий судия!По летам я был твой сверстник,А по разуму — дитя.

Странствий сердца ОдиссеюТам я начал при тебе,Там нашёл свою ЦирцеюИ поддался ворожбе.

Пермь, Казань, преданий тайныхСердцу памятник живой,Встреч сердечных, бурь случайных,Так легко игравших мной,

Вы свидетелями были,В вас — и помните ли вы? —Я моей сердечной былиИздал первые главы.

И пока богиням Камы,Волги, Клязьмы и ОкиВоздвигал я фимиамыИ к ногам бросал венки,

Охраняя ум свой здравыйОт припадков сродных мне,Лиц, обычаи и нравыТы следил наедине.

Вопрошал ты быт губерний,Их причуды, суеты,И умел из этих тернийВызвать свежие цветы.

И тебе и нам в то времяТайной всем был твой удел;Но уже таилось семя,Но в тебе художник зрел.

И призванию послушныйКарандаш твой изучалМонастырки простодушнойМиловидный идеал.