Нам кое-что ещё темно в натуре (Вяземский)

«Нам кое-что ещё темно в натуре;Но с нравственных наук уж снят покровИ в обличительной литературеДостигли мы Иракловых столпов.

Мы создали сей род. Мы ветвью новойУкрасили познанья древо. МыРастормошили истиной суровойВ самозабвеньи спящие умы».

Вот каково. Спасибо, что сказали.А думал я по простоте своей,Что многие до вас уж обличалиПороки, страсти, немощи людей;

Что не дремала грозная секира,Негодные сучки срубая сплошь;Что драма, баснь, история, сатираКарало зло, невежество и ложь.

Что например, хоть Тацит, мимоходом,Довольно меткий обличитель был;Что Ювенал, бесстрашный пред народом,Его в стихах, как в зеркале, стыдил.

Что Молиер, что Шекспир и другие,Которых взор пронзал, как острый луч,Изгибы сердца, тайники глухие,Где к жизни внутренней таится ключ, —

Что все они, присматриваясь к веку,Гнушаясь злом и правду возлюбя,Уликами внушали человекуИ познавать и исправлять себя.

Что и у нас фон-Визин, Сумароков,Державин сам и наконец КрыловСрывали маску с будничных пороковИ с гордого лица временщиков.

«Отчасти так; но были то попытки,Не шли вперёд несмелые умы.А нам далось — жизнь разобрать до ниткиИ добрались до будочников мы.

Житейских битв, великих драм житейскихМы изучали тайный смысл и связь;Мы сплетней сор выносим из лакейскихИ в закоулках проверяем грязь.

Своим резцом клеймим кривые клиньяВ согнивших зданьях дряхлой старины;Мы Тациты Управы БлагочиньяИ в мелочах мы ищем глубины.

С Невы по Днепр, за Доном, за КурмышемС полицией взялись мы счёты свесть,Мы на неё и ей доносы пишем,А разбирай — кому охота есть».