Н. И. Костомарову (Шевченко; Богданович)

Лучи весёлые игралиВ весёлых тучках золотых.Гостей безвыходных своихВ тюрьме уж чаем оделялиИ часовых переменяли —Синемундирных часовых.Но я к дверям, всегда закрытым,К решётке прочной на окнеПривык немного, — и уж мнеНе было жаль давно пролитых,Давно сокрытых и забытых,Моих кровавых тяжких слёз.А их немало пролилосьВ пески полей, сохой не взрытых.Хоть рута, хоть бы что взошло!И вспомнил я своё село, —Кого-то в нём я там покинул?В могиле мать, отец загинул…И горе в сердце низошло:Кто вспомнит, в ком найду я брата?Смотрю, — к тебе, чтоб повидать.Земли черней, мой друже, матьИдёт, с креста как будто снята.Господь, тебя я восхвалю!За то спою свой гимн суровый,Что я ни с кем не разделюМою тюрьму, мои оковы.