К очаровательнице (Бенедиктов)

Волшебница! Я жизнью был доволен,Проникнут весь душевной полнотой,Когда стоял, задумчив, безглаголен,Любуясь, упиваяся тобой.Среди толпы, к вещественности жадной,Я близ тебя твой образ ненагляднойВенцом мечты чистейшей окружал;Душа моя земное отвергала,И грудь моя всё небо обнимала,И я в груди вселенную сжимал.

Когда ко мне со взором благосклоннымТы обращала искреннюю речь,Боялся я божественные тоныДвижением, дыханьем пересечь.Уже дала ты моего ответа,А я стоял недвижный и немой; —Казалось мне — исполненный приветаЕще звучал небесный голос твой.

Когда ты струны арфы оживляла,А я внимал, утаивая дух, —Ты расплавляла мой железный слух,Ты мучила, ты сердце надрывала;Но сладостей прекрасных этих мукЯ не знавал, я ведать их не чаял…Я каждым нервом вторил каждый звук,Я трепетал, я нежился, я таял!

Когда же ты воздушною царицейСредь пёстрых пар танцующих гостейСо мной неслась, на яхонты очейСлегка склонив пушистые ресницы, —Когда, тебя в летучем танце мча,Я был палим огнём прикосновенья, —Когда твоя косынка средь волненьяРоскошно отделялась от плеча, —Когда в твоём эфирном, гибком станеЯ утоплял горящую ладонь, —Казалось мне, что в радужном туманеЯ обнимал заоблачный огонь.

Я был вдали. Кругом меня всечасноМне виделся воинственный разгул;Но образ твой, как лик денницы, ясной —Среди тревог в забвеньи не тонул.При звуках труб с мечтой женолюбивойЯ мысль мою о славе сопрягал;На пир вражды летел душой ревнивойИ мир любви в душе благословлял.Повсюду — твой! Тяжелой жизни опытМеня мечтать нигде не разучил;Военный гром во мне не заглушилТаинственный, волшебный сердца шёпот.Как часто там, при сталкиваньи чаш,В кругу друзей, в своём весельи дикомМой сумрачный, соломенный шалашЯ оглашал любви заздравным кликом!Иль, на часок лукаво заманивБивачную, кочующую музу,Пел дружества весёлому союзуСвятой любви торжественный порыв!

Я тот же всё. Судьбы в железных лапахЗатиснутый, среди её обид,Я полн тобой: цветка сладчайший запахИ скованного узника свежит.Ты предо мной. С таинственной улыбкойПорою ты взираешь на меня, —И счастлив я, — хоть, может быть, ошибкой,Пленительным обманом счастлив я.Пусть обманусь надеждою земною:Есть лучший мир за жизненным концом —Он будет наш; — там вечности кольцомЯ обручусь, прекрасная, с тобою!