Баллада о доблестном Эмиле (Маяковский)

Замри, народ! Любуйся, тих!Плети венки из лилий.Греми о Вандервельде стих,о доблестном Эмиле!

С Эмилем сим сравнимся мы ль:он чист, он благороден.Душою любящей Эмильголубки белой вроде.

Не любит страсть Эмиль Чеку,Эмиль Христова нрава:ударь щеку Эмильчику —он повернется справа.

Но к страждущим Эмиль премил,в любви к несчастным тая,за всех бороться рад Эмиль,язык не покладая.

Читал Эмиль газету раз.Вдруг вздрогнул, кофий вылья,и слезы брызнули из глазпредоброго Эмиля.

«Что это? Сказка? Или быль?Не сказка!.. Вот!.. В газете… —Сквозь слезы шепчет вслух Эмиль: —Ведь у эсеров дети…

Судить?! За пулю Ильичу?!За что? Двух-трех убили?Не допущу! Бегу! Лечу!»Надел штаны Эмилий.

Эмилий взял портфель и трость.Бежит. От спешки в мыле.По миле миль несется гость.И думает Эмилий:

«Уж погоди, Чека-змея!Раздокажу я! Илине адвокат я? Я не я!сапог, а не Эмилий».

Москва. Вокзал. Народу сонм.Набит, что в бочке сельди.И, выгнув груди колесом,выходит Вандервельде.

Эмиль разинул сладкий рот,тряхнул кудрёй Эмилий.Застыл народ. И вдруг… И вот…Мильоном кошек взвыли.

Грознее и грознее вой.Господь, храни Эмиля!А вдруг букетом-крапиво́йкой-что Эмилю взмылят?

Но друг один нашелся вдруг.Дорогу шпорой пы́ля,за ручку взял Эмиля други ткнул в авто Эмиля.

— Свою неконченную речьслезой, Эмилий, вылей! —И, нежно другу ткнувшись в френч,истек слезой Эмилий.

А друг за лаской ласку льет: —Не плачь, Эмилий милый!Не плачь! До свадьбы заживет! —И в ласках стих Эмилий.

Смахнувши слезку со щеки,обнять дружище рад он.«Кто ты, о друг?» — Кто я? Чекистособого отряда. —

«Да это я?! Да это вы ль?!Ох! Сердце… Сердце рана!»Чекист в ответ: — Прости, Эмиль.Приставлены… Охрана… —

Эмиль белей, чем белый лист,осмыслить факты тужась.«Один лишь друг и тот — чекист!Позор! Проклятье! Ужас!»

Морали в сей поэме нет.Эмилий милый, вы вот,должно быть, тож на сей предметуспели сделать вывод?!